The wrong shop editions we heart

Легкость прикосновения.

Как то солнечным днем ??во вторник я бродил по старому складу дневников, ныне выставочному залу 21, обсуждая разницу между процессом дизайна и созданием произведений графического искусства с Ронаном Буруллеком. (Я люблю собственную работу!)

Hooverphonic — Acoustic version of The Wrong Place — Belgium ���� — Eurovision 2021

Я был там на презентации The Wrong Shop Editions с работами Ронана и Эрвана Буруллеков и Пьера Шарпена. Дизайнер Себастьян Вронг создал The Wrong Shop, чтобы дизайнеры могли открыть собственный креативный потенциал при помощи неортодоксальных методов производства и ограниченных тиражей.

Я поговорил с Ронаном и Эрваном Буруллеками о проекте.

Ронан сказал: «Я думаю, мы говорили об этом … и мы сказали: да, нет, да, нет, да, нет, да, нет, нет, нет». Для меня рисунок — это часть нас, однако это то, что всегда было очень интимным и не показывалось, не имело прямого отношения к нашей работе.”

Идея проекта появилась в 2010 году, когда Ронану и Эрвану предоставили площадь в 1000 м2 и их первую крупную персональную ретроспективу в самом центре Помпиду в Париже, всего в нескольких месяцах от другой выставки в Архитектурном центре Arc en Reve в Бордо.

«Мы хотели чего-то другого, поэтому на выставке в Бордо мы решили показывать не объект вообще, а больше различных вещей, несколько изображений процесса, некоторые рисунки, некоторые абстракции…», — продолжает Ронан…

Эрван: «Все было в 2D…»

Ронан: «Просто картинки…»

Morshu — You reposted in the wrong shop *10 minutes edition*

Эрван: «Это были картинки, рисунки…»

Они выставили 800 документов, фотографий, эскизов и макетов из собственных архивов и назвали выставку «Альбом».”

Ронан говорит мне: «И это имело новый успех. Мы подумали, что интересно так рассказывать о нашей работе. Тогда многие захотели приобрести, увидеть или понять…

«Мы решили, что практически как объекты, может быть, есть интересная вещь для их воспроизведения — если это хороший рисунок, нет причин просто иметь его. Мы могли бы найти способ их распечатать, и мы начали. Как и все, это немаловажно для меня, однако в нем есть легкость или что-нибудь простое.

Когда ты дизайнер, ты не должен рисовать, или когда ты дизайнер, ты не должен делать объекты, но я думаю, что креативный процесс более сложен, чем это. Есть люди, умеющие делать то же самое, и нам нравится скакать… от предмета к малому, к большому, к миллиону и одноразовому произведению, поэтому рисование считается его частью.

Дизайн очень положительный, в котором вы пытаетесь разрешать проблемы; в котором вы стараетесь найти решение; в котором вы пытаетесь приспособиться. Это положительная дисциплина. Рисование — это то, в чем вы можете тосковать и рассматривать это, так что это другое небо, это другое поле выражения. Это что-то абсолютно прямое; Вы не должны расстраиваться, если пройдёт 2 года между идеей и финальной вещью на витрине магазина. Это что-то непосредственное, что вы управляете временем и [решаете], когда оно окончится.

Пожалуй, и для меня это тот момент, что рисование — это нечто более сокровенное; что нам не надо делиться каждым объектом; каждый цвет каждого миллиметра. Рисование — это то, что мы можем практиковать по-разному, по разному и не вместе … и я думаю, что эта абстракция и эта фантазия в определенном смысле подпитывают определенное ощущение работы. С самого начала не очень ясно, как собственно, но я думаю, что это полезно.”